Эта базовая для Российской империи идеологема окончательно оформилась в царствование Николая Первого. Целая плеяда приближенных императора неустанно корпели над возведением этих величественных конструкций. Только приверженец православия, самодержавия, народности может именоваться истинным служителем и сыном России. Это своего рода опознавательные, «святые» знаки настоящего патриотизма.
Однако, во всей этой «бочке меда», оказывается, есть и своя «ложка дегтя», причем немалая. Основные авторы этого судьбоносного идеологического концепта хорошо известны – министр
народного просвещения, граф Сергей Семёнович Уваров (1786-1855), обер-прокурор Священного Синода, граф Николай Александрович Протасов
(1799-1855), начальник третьего отделения Его Императорского Величия канцелярии, граф Александр Христофорович Бенкендорф (1782-1844).
Эти деятели во многом определяли государственное лицо николаевского правления.
Так вот все трое являлись воспитанниками иезуитов, кои в конце восемнадцатого, начале девятнадцатого столетия не покладая рук трудились на ниве образования в Петербурге.
Уваров воспитывался под иезуитским присмотром домашних учителей, затем находился под влиянием «адвоката» иезуитского Ордена, посланником Сардинии в России графа де Местра.
В семье, где вырос Протасов было немало тех, кто принял католичество, так что соответствующих воспитанников ему подобрали без труда.
Что касается Бенкендорфа, то тот окончил элитный иезуитский колледж аббата Николя в Петербурге, чем очень гордился.
Выходит, концепцию «православие, самодержавие, народность» внедряли в жизнь ученики Ордена Иезуитов. Вот такая невеселая, прямо скажем, история для поборников «истинного патриотизма». Но, как говорится, из песни слова — не выкинешь, даже если она и патриотическая.